Россияне затаились. В головах что-то шуршит…

Провести прямую по двум точкам можно уже сейчас (год назад я улетал в Грецию отдохнуть, и теперь – тоже, причем – в одно и то же место: Георгиопулос). Пусть промежуток небольшой, но – показательный.
Соотечественников из России стало меньше. Они стали вести себя тише. В прошлом году буянили ужасно, кичились величием, их аргументация простиралась от снисходительности (подумаешь, все у вас тут натуральное да вкусное, зато у нас – огромная страна!) – до агрессии (да мы, если захотим, ваш хваленый Крит парочкой ракет в море утопим). Сейчас – затаились. В голове что-то шуршит.
Во-первых, денег в карманах стало явно меньше: набеги в магазины превратились в интеллектуальную муку — что именно выбрать?
На смену безбашенности пришла хмурость.
Во-вторых, на лицах — тяжелая печать: что-то у нас пошло не так. Но, как и раньше, они сбиваются в стаи, предпочитая жить колониями. Чужаков воспринимают напряженно, недоверчиво, подтверждая постулат: человека можно вывезти из «совка», а вот «совок» из человека — не получается. В этом плане неизменной осталась и манера одеваться. Русско-советские люди вычисляются по дресс-коду, стилю «Черкизон».
В-третьих, просматривается явная тревога: сможем ли мы себе позволить выехать в Европу в следующем году? Египет закрыт, Турция практически — тоже, по доступности осталась лишь Греция. Во франциях-испаниях-италиях все гораздо дороже, а «денег нет, в связи с чем держимся на соплях, и какое уж тут к чертям — здоровье и хорошее настроение?» Остается только Таиланд. Но даже на него денег скоро не останется.




Наблюдение из иллюминатора самолета абсолютно те же. Летишь над «великой Россией» — видишь непаханные поля.
Просторы впечатляют не меньше масштабов запустения. Вылетаешь в европейскую часть — все возделано. То есть, русско-советский человек не пашет и не сеет. Ему «западло». Он призван в этот мир гордиться и «кидать понты».
Его последний и окончательный понт — «ядерная кнопка». А отбери ее — и перед вами предстанет неуверенная в себе особь из «третьего» (или уже — «четвертого»?) мира, этакий лишенец с осколками имперских комплексов…
Лично мне приятно, что меня здесь не принимают за русского. Слово «Россия» воспринимается здесь через понятия «КГБ — Путин — ГУЛАГ — стучать». И почему-то считается, что русский этим гордится. Чем гордиться-то? Стукачеством или ГУЛАГом? Путиным и гэбухой?
Этим гордиться я не хочу и не буду никогда, потому что нормальный человек этого стыдится.
Не историей, какая была, а — именно тем, что она перетекла и в сегодняшний день. И пусть меня обвинят в русофобии (это обвинительное словечко чекисты взяли на вооружение взамен «антисоветчины»).
Я — русский человек, но — ярый антисоветчик. И этот конфликт между мной и спец-государством совершенно непреодолим. Он исключает примирение. Либо я разрушу эту приставку «спец» и способствую построению в России нормального государства, поставленного на службу гражданину, а не чиновничеству да оборзевшему силовичью, либо — буду выдавлен из страны.
Вот такие наблюдения, приводящие к категорическим выводам. Между этими мирами примирения не будет никогда. Они невозможны.

Александр Сотник