Донбасс должен умереть

Можно ли дать мертвецу какой-то «особый статус», кроме того, который он уже имеет? Теоретически, конечно, можно. Например, лечь с ним вместе в гроб и сказать, что мы так живем, а покойник не покойник, а вполне себе жив. Но это не будет жизнью, а будет страданием и имитацией жизни, вопреки законам самой жизни.

Донбасс в нынешнем виде, умирающая территория, где жизнь поддерживается инъекциями из Кремля и ресурсами бедной, но очень доброй Украины. И нет никакой возможности реинтеграции такого Донбасса в состав Украины, кроме как кончины самой Украины вместе с Донбассом. Получится такой себе союз двух мертвецов.

Скорее всего, Донбасс в нынешнем своем виде должен все-таки умереть, вопреки стараниям Мордора и бесконечной украинской доброты. И когда там появится что-то новое и живое, вот тогда и можно будет говорить о воссоединении.
Но не факт, что новый Донбасс будет более лояльным к Украине, чем нынешний. И все может пойти совсем не так, как нам хотелось бы.

Мертвеца тянет в крематорий, коим для Донбасса является Россия. Сильный и жизнеспособный организм тянется к лидерам (не к вождям, а именно к лидерам). Украина должна стать лидером постсоветского пространства, стать территорией, где уважают Личность и создают ей максимально благоприятные условия для самореализации. Если мы станем такой территорией, то нам будет абсолютно безразлично, есть в составе Украины Донбасс или его нет. Для нас будет иметь значение, какой Донбасс будет в составе Украины и какая с этого польза нам и Донбассу.

В составе Украины должны быть территории, которые понимают свою выгоду от жизни в одном государстве, территории, которые одинаково понимают ценности и принципы этого государства.

Донбасс в нынешнем виде не готов быть частью Украины не потому что там Путин, а потому что Донбасс – это примитивная модель бытия и он просто не в состоянии интегрироваться в более сложную модель, которую сейчас пытается реализовать Украина.

Алексей Заводюк